Смысл жизни. Монолог Гамлета «Быть или не быть» - Часть 15

Если бы монолог Гамлета «Быть или не быть» Шекспир поместил в конце трагедии, то Гамлета можно было бы назвать скептиком, не знающим, что делать. Во всяком случае, в момент произнесения монолога Гамлет как бы соглашается с Монтенем и признает, что действие может вызвать непредсказуемые последствия, что общественно значимое деяние должно быть оправдано совестью и мыслью. В этом монологе идет речь о единстве совести и мысли, которое необходимо герою. В данном случае мысль — это свойство человеческого разума сдерживать страсти, познавать и оценивать свои поступки, ибо, если нет знания, действие может быть бесплодным. Решимость в великих делах порождается предвидением последствий, иначе не достичь цели. Монолог помещен в начале третьего акта, за ним следуют скорбно-саркастический диалог с Офелией, советы актерам, сцена «мышеловки», во время которой Гамлет испытывает нечеловеческое напряжение и почти теряет способность играть роль, наконец, убийство Полония во время разговора с матерью.

При виде войска Фортинбраса Гамлет восклицает: «О мысль моя, отныне ты должна кровавой быть, иль прах тебе цена»; в этих словах не без основания исследователи видят преодоление колебаний Гамлета, его готовность к действию. В состоянии Гамлета происходит глубокое изменение. Монолог, который завершается приведенными только что словами, во многом противопоставлен монологу «Быть или не быть». Он вызывает несколько аналогий с мыслями Монтеня (их приводят Фейс, Робертсон, Хукер, Тюрк, Эллродт). Отсутствие монолога в тексте первого фолио вызывало недоумение комментаторов и не получило во всех отношениях убедительного объяснения. Высказывалось предположение, что в тот момент, когда создавалась трагедия, весь поход Фортинбраса и комментарии Гамлета содержали немало злободневных намеков, которые позднее утратили интерес для зрителей, и потому вся сцена была исключена. Возможно также, что этот монолог Гамлета, насыщенный философскими размышлениями и осуждением войны и столь решительным призывом к кровопролитию в последних строках, не возбуждал у зрителей одобрения и замедлял действие. Для понимания трагедии монолог имеет, однако, весьма серьезное значение. Для сравнения с Монтенем тоже.

Если в монологе «Быть или не быть» Гамлет говорил о том, что мысль препятствует великим делам, то в данном монологе содержится восхваление разума, способности к суждению, которое смотрит вперед и назад (точнее — «до» и «после»). Разум делает человека подобным божеству, именно разум отличает человека от животного, для которого жить — значит есть и спать. Цель разума — действие. Таким образом, в начале монолога высказана важнейшая мысль о связи мысли и действия.