Смысл жизни. Монолог Гамлета «Быть или не быть» - Часть 7

Прежде всего существуют доводы внешнего характера в защиту текста фолио. Его готовили к печати актеры, друзья Шекспира, упомянутые им в завещании (он оставил им по памятному кольцу). Актеры не могли не знать текста монолога популярной и часто исполнявшейся трагедии. Даже если в первоначальной рукописи, с которой печатался текст «хорошего кварто», и были слова «гордец» и «презренной любви», то несомненно в позднейших постановках Шекспир заменил их. Есть соображения иного плана, связанные с конкретной ситуацией: в глазах Гамлета «неоцененная» любовь более мучительна, чем отвергнутая с презрением, ибо презрение любимой уже придает чувству любящего иное качество, и слово «pangs» — сильнейшие муки, близкие к предсмертным мученьям, вряд ли подходит к чувству, испытавшему презрение, особенно если герой наделен тонкой и глубокой душой. Оригинальный, единственный раз употребленный Шекспиром эпитет «неоцененный» исчез из текста трагедии, «не оцененный» многочисленными комментаторами.

Что касается выбора между «гордец» и «бедняк», то и в данном случае, по моему глубокому убеждению, следует отдать предпочтение тексту первого фолио (из русских переводчиков этому тексту следовал Д. В. Аверкиев, который перевел: «презренье к бедняку»). Чтение Монтеня лишний раз убеждает меня в истинности текста первого фолио. Выше уже было отмечено, что в речах Кассия в трагедии «Юлий Цезарь» сказывается сходство идей и стиля с некоторыми стихотворными цитатами героического содержания, приведенными в «Опытах», например в главе «О том, что философствовать — это значит учиться умирать». Можно добавить, что в монологе Гамлета конкретные «бедствия» отчасти соответствуют приведенным в этой же главе «Опытов» страданиям, от которых можно избавиться самоубийством: душа избавляется от беспокойства, мучения и страха, от тиранов, ей не страшен ни беспокойный ветер, господствующий над бурным морем, ни рука Юпитера, рассыпающая гром, ибо такая душа властвует над страстями и желаниями, над позором бедности, над несправедливостью судьбы. «Позор или стыд бедности» дополняет здесь, как и в монологе Гамлета, общую картину страданий; между тем «презренье гордеца» нигде у Монтеня не упомянуто. Вряд ли в данном контексте и Гамлет мог счесть это презренье сколько-нибудь значительным бедствием

Интересно, что в первом кварто 1603 г., сохранившем для нас текст примитивной «пиратской» переделки шекспировской трагедии, философские идеи монолога исключены, страх определен как страх перед божьим судом, а «зло» приняло доступный для малоподготовленного зрителя облик: презренье богачей, проклятья бедняков богатым, притеснения, которые терпит вдова, обиды, чинимые сироте, ощущенье голода, власть тирана.