Разум и страсть. О женской природе - Часть 2

Говорит как мыслитель, для которого типичны сравнения, обобщения, поиски, сомнения и колебания.

Если вспомнить многочисленные рассуждения Монтеня о некоторых особенностях психологии ученого, то окажется, что Гамлет обладает многими из них. Но от ученых, да и от самого Монтеня Гамлета отличает его страстный, «взрывчатый» темперамент. Еще в конце XVIII в. критик В. Ричардсон отметил особенность темперамента Гамлета: его ум находится в состоянии сильнейшего возбуждения, речь наполнена неприятными, болезненными образами, при этом Гамлет во всем повинуется благородным побуждениям, исходит из высшего принципа добродетели и нравственной красоты.

Скептицизм Гамлета, более горький и трагический, чем у Монтеня, однако эта черта мировоззрения Гамлета, действительно, сближает героя Шекспира с Монтенем: их роднит творческий характер скептического отношения к миру. И Монтень, и Гамлет подвергают сомнению многие привычные для окружающих верования и понятия, при этом ни тот ни другой не удовлетворены позицией скептика, для них сомнение должно служить поискам истины. В переводе Джона Флорио часто встречается слово «сомнение». Возможно, что некоторые рассуждения Монтеня послужили импульсом при создании «космогонических» идей Гамлета, введенных Шекспиром в письмо Гамлета Офелии (заметим попутно, что один этот момент мог бы служить достаточным опровержением суждения о том, что Офелия, якобы, не способна понять Гамлета). В любовное послание Шекспир вводит странные идеи:

Сомневайся в том, что звезды — это огонь;

Сомневайся в том, что солнце движется;

Сомневайся в том, что правда — лжец,

Но никогда не сомневайся в том, что я люблю.

Из этих неожиданных в таком письме советов Гамлета становится ясно, что Гамлет, подобно Монтеню, признает право человека на сомнение в вопросах науки и этики, что он обратил внимание на открытие Коперника, хотя и сопроводил сомнением новое учение, наконец, в словах Гамлета можно почувствовать, что он склонен верить в постоянство человеческих чувств.

В «Опытах» Монтеня все области человеческого знания подвергнуты анализу с точки зрения разума: «Кто пожелает отделаться от всесильных предрассудков обычая, тот обнаружит немало вещей, которые как будто и не вызывают сомнений, но вместе с тем и не имеют иной опоры, как только морщины и седина давно укоренившихся представлений. Сорвав же с подобных вещей эту личину и сопоставив их с истиною и разумом, такой человек почувствует, что хотя прежние суждения его и полетели кувырком, все же почва под ногами у него стала тверже».