Развязка Гамлета или нерешенность конфликта

Какая из сторон, столкнувшихся в конфликте, побеждает в конце трагедии? Гибнут все. Этим Шекспир выражает нерешенность конфликта двух жизнеотношений в самой действительности. Шекспир не знает, какая из сторон победит в жизни. Он явно желал бы победы Гамлету и тем высоким нравственным принципам, которые воплощены в его личности. Но —и в этом сказывается глубокое понимание Шекспиром действительности — он не может «доставить» своему герою реальной победы, оставляя за ним победу моральную. Трагедия эпохи, ее лучших людей, трагедия всего английского и европейского гуманизма заключалась именно в том, что возможности реальной победы лучших начал в жизни не были видны. Гамлет мог покарать Клавдия, но уничтожить зло, воцарившееся в мире, было не в.его силах, что он предчувствовал с самого начала. В этом была основа его трагического самосознания.

Не означает ли это, что правы те, кто видит в Гамлете слабый характер? Кто думает так, не понял ни образ героя, ни смысл трагедии в целом. Не слабость является ахиллесовой пятой Гамлета, а глубокие внутренние противоречия его личности, отражающие переходный характер эпохи.

Как и всякий герой трагедии, Гамлет принадлежит к расе титанов. Он — могучая личность, оказавшаяся, по его же словам, перед «морем бед». Таким героям было легко, когда их мужества было достаточно, чтобы победить в любом поединке, как победил своего противника отец Гамлета. Но перед Гамлетом не один противник, а, как мы видели, все общество, «Дания — тюрьма». Против него он борется в одиночку.

Одиночество Гамлета отражает реальное положение гуманизма в тогдашней действительности. Люди высокой культуры, творцы новых высоких понятий о жизни и человеке были песчинками в пустыне общества, где справедливости, разуму, человеческому достоинству не было места, как об этом недвусмысленно сказано в 66-м сонете Шекспира. В этом была трагедия гуманизма, и ее отразила судьба принца Датского.

Не один Шекспир выразил эту трагическую ситуацию. По-своему осветил ее Сервантес. Сопоставление Гамлета и Дон Кихота оправдано, но в ином смысле, чем у Тургенева. Оба героя, один по-настоящему безумный, другой притворяющийся им, оказались перед одной и топ же задачей. Сервантес показал, что стремление одиночки исправить мир — трагикомическое безумие, Шекспир выразил ту же идею как трагедию. Трагично, что самые благие намерения героических одиночек бесплодны. Но это лишь одна сторона ситуации, отражающая реальный исторический момент, сущность которого состояла в том, что, желая блага народу, гуманисты были далеки от него. Не случайно гуманизм Возрождения был окрашен аристократически и идеалом нового человека был «придворный», рыцарь-гуманист. Народ, стихийно бунтовавший против гнета, еще не дорос до восприятия гуманистической идеологии. Отчужденность героя и массы более непосредственно и остроконфликтно воплощена Шекспиром в «Юлии Цезаре» и «Кориолане». В «Гамлете», как мы видели, это является одной из социальных основ трагизма.

Трагическое противостояние одинокого героя действительности обусловливает и внутренние противоречия его личности. Человек, который в честном рыцарском поединке победил бы самого сильного соперника, например Лаэрта, оказывается в растерянности перед огромностью своей задачи. Как верно заметил Гегель, Гамлет «сомневается в том, что ему нужно сделать, а не в том, как ему это выполнить»47.

«Гамлет» принадлежит к особому виду трагедий. Обычно в большинстве трагедий Шекспира зло возникает из-за того, что герой совершает ошибку или преступление и затем испытывает последствия своего поступка. Таково неразумное решенне Лира отдать все старшим дочерям или злодеяние Макбета, убивающего короля, чтобы захватить трон.

Другой вид трагедии у Шекспира, когда герои невиновны. Нельзя считать виной Ромео и Джульетты их взаимную любовь. Они гибнут не из-за любви, а из-за того, что мир, в котором они жили, был враждебен любви и ставил выше нее родовую месть. Не они сами, а их враждовавшие родители повинны в том, что счастье любящих было кратким и закончилось трагически.