Как следует созерцать картины великих художников для блага своей души
Я постоянно слышу ребячески легкомысленные жалобы света на то, что господь подарил земле так мало по-настоящему великих художников; низменный дух с нетерпением вперил взор в будущее, ожидая, скоро ли отец небесный пошлет на землю новую плеяду блестящих мастеров. Я же утверждаю, что на земле никогда не было недостатка в отличных мастерах; более того, некоторые обладают такими свойствами, что и одного из них достаточно для простого смертного, чтобы он всю свою. жизнь созерцал и учился постигать его; но что правда, то правда — слишком, слишком мало таких, кто в состоянии глубоко понять произведения ЭТИХ вылепленных из более благородной глины) существ и (что то же самое) глубоко почитать их. Выставочные залы превратились в торжища, где мимоходом судят о новых товарах, хвалят или хулят; а это должны быть храмы, где бы в тихом и молчаливом смирении и в возвышающем душу одиночестве мы восторгались великими художниками как высочайшими среди смертных и, неотрывно созерцая их творения, предавались сладчайшим мыслям и ощущениям.
Наслаждение благородными творениями искусства я сравниваю с молитвой. Тот неугоден небу, кто обращается к нему лишь для того, чтобы исполнить повседневный долг, кто бездумно произносит слова и хвастливо мерит свою набожность количеством зерен в четках. Но тот любим небесами, кто в смиренной тоске ждет тех избранных часов, когда ласковый небесный луч по своей воле низойдет к нему, разорвет оболочку земной незначительности, что обычно покрывает смертную душу, развяжет и истолкует его более благородную внутреннюю СУЩНОСТЬ; тогда он преклоняет колени, в тихом восторге обращает отверстую грудь к небесному свету и насыщает ее неземным сиянием; потом он встает и радостный и печальный, с сердцем и более полным и более легким, и творит великие и добрые дела. — Вот что думаю я о молитве.
И в точности так же, я полагаю, надобно обходиться с великими произведениями искусства, дабы по достоинству использовать их на благо своей души. Не святотатство ли, когда человек посреди земных наслаждений нетвердыми шагами уходит вдруг от своих смеющихся друзей, чтобы в близлежащей церкви по привычке несколько минут побеседовать с богом. Такой же грех — в подобную минуту переступить порог дома, где как немое свидетельство ценности рода людского хранятся великолепнейшие творения, какие только могут быть созданы человеческой рукой. Обождите, также как и при молитве, тех блаженных минут, когда милость неба осветит нашу душу высшим откровением; и только тогда наша душа соединится в единое целое с произведениями художников. Их волшебные образы немы и замкнуты в себе, коль скоро вы взираете на них холодными глазами; для того чтобы они заговорили с вами и подействовали на вас со всей своей силой, ваше сердце должно сначала воззвать к ним.
Произведения искусства в своем роде чужды обычному течению жизни, так как и мысль о боге; они выходят вне пределов обычного и повседневного, и мы обязаны взойти до них нашим сердцем, чтобы они стали перед нашим затуманенными глазам такими, какие они и есть в силу своего возвышенного существа. Всякий может научиться читать буквы; всякий может узнать истории прошедших времен из ученых хроник и в свою очередь пересказать их; также всякий может ИЗУЧИТЬ какую-нибудь науку и охватить ее законы и истины — ибо буквы только для того и существуют, чтобы глаз распознавал их форму, а законы и различные события только до тех пор представляют собой предмет наших занятий, пока наш дух работает над тем, чтобы охватить и познать их; как только они превратились в нашу собственность, деятельность духа закончилась, и потом мы уже только изредка для своего услаждения предаемся ленивому и бесплодному обозрению наших сокровищ. — Не так с произведениями прекрасных художников. Они существуют не для того, чтобы их видел глаз, а для того, чтобы мы входили в них с расположенным к ним сердцем, чтобы в них жили и дышали. Прекрасная картина-это не параграф учебника, который я, когда без особого труда проникну в смысл слов, оставлю как ненужную шелуху; наслаждение великими произведениями искусства продолжается вечно. не прекращаясь. Нам кажется, что мы проникаем все глубже, и всё же они всегда снова и снова волнуют наши чувства, и также мы не видим никакой границы, достигнув которой мы бы думали, что наша душа исчерпала их. В них вечно пылает горящая лампада жизни, которая никогда не угаснет в наших глазах.
С нетерпением миную я первую встречу, ибо эффект новизны, который многие стремящиеся к постоянной смене удовольствий объявляют главной заслугой искусства, издавна казался мне лишь неизбежным злом. Подлинное наслаждение требует тихой и спокойной сосредоточенности души и выражается не восклицаниями и всплескиванием рук, а только внутренним волнением. Для меня светлый праздник тот день, когда я, со всей серьезностью подготовив свой дух, обращаюсь к созерцанию благородных произведений искусства; часто и непрерывно возвращаюсь я к ним, они твердо запечатлены в моих чувствах, и, сколько продлится мой путь на земле, я буду носить их в своем воображении, подобно духовному амулету, для утешения и возрождения моей души, и я унесу их с собой в могилу. Душа того, кого природа наделила нервами более тонкими, подвижными и восприимчивыми к тайному очарованию, скрытому в искусстве, часто испытывает волнение там, где другой равнодушно пройдет мимо; ему дано счастье находить в своей жизни более частые поводы к благотворным волнениям и движениям души. Я знаю, что часто, когда я (занятый совсем другими мыслями) проходил через какой-нибудь прекрасный и большой портал с колоннами, могучие, величественные колонны привлекали к себе мои взоры и наполняли душу совсем особенным чувством, так что невольно я внутренне склонялся перед ними и шел дальше с размягченным сердцем и обогащенной душой.
Главное же: нельзя с высокомерной дерзостью возноситься над духом великолепных художников и, глядя на них сверху вниз, осмеливаться судить их — это пустая затея тщеславной гордости человека; искусство — выше человека и мы можем только восхищаться да почитать прекрасные произведения искусства и для возвышения и очищения всех наших чувств раскрывать пред ними всю нашу душу.
Похожие статьи: