Судьба Гамлета

Судьба его едва ли вызывает страх зрителей. Хотя Гамлет любимый герой, волнует не столько то, чем кончится его борьба, сколько сам процесс его духовного развития. Вызывает ли он сострадание? Он слишком возвышается над средним человеческим уровнем, чтобы вызывать такое чувство, которое близко к жалости.

Гамлет возбуждает прежде всего глубокий интерес. Мы не сразу узнаем, каков он как человек; по мере развития действия он раскрывается разными гранями своей личности, мы сочувствуем ему—а это не тоже самое, что сострадать, нас волнуют его мысли, мы сопереживаем ему и его проблемы в какой-то мере становятся нашими.

Гамлет вызывает не жалость, не сострадание, а восхищение. Это определяет и финальный эффект трагедии. Герой по мере развития действия становится нам все более близким, возрастает наше осознание значительности и, более того, величия его личности. Гибель окружающих его в последнем акте оставляет нас равнодушными. Смерть Клавдия воспринимается как заслуженная кара. В смерти Гамлета есть величественность, подобающая истинному герою. Мы жалеем не Гамлета, но жаль, что такой человек должен погибнуть.

Общий эмоциональный эффект трагедии точно определен самим Шекспиром. Когда в дворцовый зал, где лежат четыре трупа, приходит Фортинбрас, Горацио спрашивает: «Что ищет взор ваш? Коль скорбь иль изумление, — вы нашли». Именно таково впечатление, производимое трагической развязкой «Гамлета». Гибель героя вызывает скорбь, общая картина событий — изумление.

При всем том что судьба Гамлета неотвратима, ибо слишком велика сила зла в мире, и сам Гамлет своей скрупулезностью в вопросе чести в конечном счете дал возможность бесчестному противнику уготовить ему ловушку, трагедия не оставляет чувства отчаяния и безысходности. Гамлет дает нам возможность убедиться в том, как прекрасен может быть человек в самой сложной жизненной ситуации. Достоинство, величие и красота человека предстают перед нами именно благодаря тому, что на героя была возложена труднейшая задача. Он мучился, страдал, и своими муками полюбился нам.

Поэтому вопреки картине всеобщей гибели трагедия не является пессимистической. Носитель высоких нравственных понятий, человек великого духа одерживает моральную победу над злом.