Правитель как Человек - Часть 5

Не только Ричард II, лишенный власти, но и Генрих V в зените славы говорит о тяготах королевской власти. Монолог Генриха V в начале IV акта может быть сопоставлен с рассуждениями Гиерона в «Опытах», которые Монтень нашел у Ксенофонта. Царь Гиерон утверждал, что цари лишены свободы в своих действиях и не знают искренней дружеской привязанности. Их окружают церемониями и почестями не за какие-либо личные достоинства, а в силу традиции и обычая и еще более из страха, поскольку правитель никогда не может отличить похвалу от лести. У Шекспира Генрих V признается, что король пьет не сладостный напиток дружбы или привязанности, а «отравленную лесть» Разве церемонии и почести излечат его от огненной лихорадки? Доля бедного слуги, поденщика, раба кажется Генриху V спокойнее и счастливее:

Известно мне,

Что ни елей, ни скипетр, ни держава,

Ни меч, ни жезл, ни царственный венец,

Ни вышитая жемчугом порфира.

Ни титул короля высокопарный,

Ни трон его, ни роскоши прибой,

Что бьется о высокий берег жизни.

Ни эта ослепительная пышность —

Ничто не обеспечит государю

Здоровый сон, доступный бедняку.

Однако жизнь в изображении Шекспира сохраняет свойственное психологии людей противоречие: и Генрих VI, и Ричард II, и Генрих V говорят о тяготах и обязанностях правителей и, казалось, готовы поменяться судьбой с простым их подданным, но их поступки свидетельствуют о другом: никто из них не соглашается уступить хотя бы часть власти, они защищают ее любой ценой. Более того, даже характер человека становится иным, когда он достигает вершины власти. Принц Генрих в хронике «Король Генрих IV» был человеком искренним, простым в обращении с друзьями, доступным даже людям самого низкого положения. Но едва он из наследного принца превращается в короля Генриха V, он возвышается над всеми, отвергает своего бывшего друга сэра Джона Фальстафа и превращается в политика, чьи поступки определяет государственная необходимость. Противоречие между человеком и правителем предстает и у Шекспира, и у Монтеня как закономерное и неустранимое. В «Опытах» Монтень рассуждает об этом как философ и историк, в драмах Шекспира это противоречие выступает как трагедия для многих героев.