Немного об Альбрехте Дюрере
В труде благородного Иоахима фон Зандрарта (в котором он с похвальным усердием стремится как бы объять обеими руками всю область искусства) в жизнеописании Альбрехта Дюрера мы находим небольшой отрывок, принадлежащий перу самого художника, где он на память себе и потомкам в коротких, но верных и благочестивых словах начертал некоторые сведения о своей жизни и своей семье.
Тогда было в обычае, делая короткие записи, вновь продумывать и поверять свой близящийся к завершению жизненный путь; и в таких описаниях никогда не отделяли себя от всего рода человеческого, напротив того, рассматривали себя только как его сочлена и собрата других людей, приводя все свое старое почтенное родословное древо и скромно определяя себе подобающее место на какой-нибудь побочной ветви, а не считая себя одного главным стволом мира.
Пленительно запутанные родственные связи были священными узами: собратья по крови как бы составляли одну жизнь во многих, и каждый чувствовал себя тем богаче жизненной силой, чем в большем количестве сердец билась та же самая кровь предков; вся родня, наконец, была священным маленьким преддверием к великому зданию всего человечества.
Древних праотцов, избранных небесами орудием, с помощью которого многочисленному потомству была дарована жизнь и ее блага (я имею в виду добродетель и благочестивые помыслы), следуя прекрасному, естественному инстинкту, вспоминали не иначе как с благодарным почтением. Сын в юные годы с любознательностью слушал престарелого отца, когда тот рассказывал о своей жизни или о жизни своего отца; он с усердием запоминал его слова, как если бы то были догматы веры, ибо и ему предстояло свершить, тот труд жизни, какой уже столь достохвально свершили его предки.
Такие мысли приходят мне на ум, когда я читаю рассказ Альбрехта Дюрера об отце его и предках, который он начинает словами:
«Я, Альбрехт Дюрер Младший, собрал нижеследующее воедино из писаний моего отца про то, откуда он, как он появился на свет, и жил, и опочил. Да помилует господь его и нас. Аминь». Далее он рассказывает: отец отца его, звавшийся Анто-ни Дюрер, жил в одном венгерском городке; мальчиком попал он в учение к золотых дел мастеру и изучил там ре-месло. Потом он женился на девице по имени Элизабет и родил с ней четверых детей, из которых старший сын, Альбрехт Дюрер, и стал его любимым отцом и тоже золотых дел мастером. Этот его любимый отец впоследствии долгое время пробыл в Нидерландах, обучаясь у великих мастеров, и в 1455 году приехал в Нюрнберг в тот самый день, когда Филипп Пиркхеймер праздновал свадьбу и под большими липами были устроены грандиозные танцы.
В самом начале Альбрехт Дюрер с силой и меткостью определяет всю суть своего отца в двух словах, говоря: он был искусный и чистый человек. А потом он описывает следующие его черты, которые живо рисуют его нашим глазам.
С женой и детьми он скудно кормился от трудов рук своих и испытал в жизни много трудностей, невзгод и тягот. Все, кто его знал, отзывались о нем с похвалой, потому что он был богобоязненный человек, терпеливый, добросердечный, порядочный и всегда преисполненный благодарности к господу. В остальном был он человек немногословный, всегда жил в тишине и одиночестве и совсем мало пользовался мирскими радостями. Его величайшее желание состояло в том, чтобы вырастить детей во славу господню, поэтому он проявлял большое рвение в их воспитании и ежедневно беседовал с ними о любви господ-ней. Наконец, больной, у порога смерти, он предался ей добровольно, приказал своим детям жить по воле божией и отошел в лучший мир в 1502 году, незадолго перед полуночью в день святого Матфея.
Вести такую тихую, богобоязненную жизнь, ни на час -не забывая, что ты всего лишь работник на ниве господней, не значит ли идти самым верным путем к блаженству? Кто же не почитает никакого бога, иными словами, кто хочет сделать себя самого богом и правителем вселенной, тот находится в несчастнейшем умопомешательстве и наслаждается лишь жалким ложным блаженством безумного нищего, воображающего себя императором в короне.
Там же находим мы составленный старшим Дюрером список всех его детей, числом восемнадцать, имя, день и час рождения которых он собственноручно заботливо заносил в особую книгу. ЭТОМУ доброму бюргеру и золотых дел мастеру в Нюрнберге, Дюреру Старшему, наверняка нередко приходили на ум хорошие мысли; но записывать их ему не приходило на ум, это даже, наверно, показалось бы ему странным; гораздо естественнее было для него вести точный список всех детей, которых даровало ему небо. Но из всех этих восемнадцати детей теперь, по прошествии нескольких веков, мы помним одного лишь возлюбленного Альбрехта, а остальные преданы забвению, о чем отец при рождении не мог догадываться; напротив того, не выделяя его ничем, он пишет о нем теми же словами, что и об остальных:
«Далее, в год от рождества Христова 1471-й в шестом часу в день святой Пруденции в пятницу крестоходной недели родила мне моя супруга Барбара второго сына, который был назван Альбрехтом в мою честь». После того как наш Альбрехт Дюрер Младший переписал список всех братьев и сестер из книги отца, он добавляет: «Теперь мои братья и сестры, дети моего любимого батюшки, почти все умерли, одни в юные, другие в зрелые годы; только мы, трое братьев, еще остались в живых, пока есть на то воля божия, а именно: я, Альбрехт, а также мой брат Ганс и мой брат Андреас». Пока есть на то воля божия! Золотые слова! Детская вера, что господь держит нас, людей, на драгоценных помочах своей любви среди цветочных ароматов нашей зеленой земли столь долго, сколь считает за благо для нас.
Похожие статьи: