Королева Гертруда

Образ Гертруды выписан Шекспиром не вполне ясно. Но не следует задаваться вопросом, когда началось сближение королевы с Клавдием. Если бы Шекспир считал это существенным, он сделал бы в пьесе указание на этот счет. Важно лишь, что Гертруда охотно вышла за Клавдия и, видимо, полюбила его. Мы знаем, что первый муж любил Гертруду нежно и беззаветно. А она? Отвечала ли она ему таким же чувством? Гамлет говорит об отношении его матери к отцу: Она к нему тянулась Как если б голод только возрастал От насыщения.

Гамлет твердо уверен, что только низменная сторона натуры матери побудила ее стать женой Клавдия. Сравнивая братьев, Гамлет уподобляет отца богу солнца Гипериону, а Клавдия — сатиру. Сатирами в греческой мифологии называли фантастические существа с козлиными ногами и рогами, отличавшиеся блудливостью. Гамлет бросает Гертруде упрек: То не любовь, затем, что в ваши годы разгул в крови утих,— он присмирел и связан разумом.

По его словам, «ад мятежный» бесчинствует «в костях матроны», то есть Гертруды. Низменная чувственность, в которой Гамлет упрекает мать, вызывает у него отвращение. Произведения Шекспира со всей определенностью утверждают идею любви как чистого чувства, гармонически сочетающего телесные и духовные способности человека. Если в жизнерадостных комедиях первого десятилетия драматургической деятельности Шекспира любовь была венцом жизни, высшим счастьем, то, начиная с «Гамлета», мы все чаще встречаем в его пьесах несчастья, которые влечет за собой чистая любовь, осквернение высоких чувств, измену. Образ Гертруды связан с проблемой человека, занимающей очень важное место в трагедии. В беседе Гамлета с матерью есть одно знаменательное место. Королева, наслушавшись упреков сына, признается: «О милый Гамлет, ты рассек мне сердце». Принц требует от нее: Отбросьте же дурную половину И с лучшею живите в чистоте.

Это прямое указание на двойственность человеческой натуры. Гамлет призывает мать отказаться от супружеской близости с Клавдием: «дьявола смирить иль прочь отвергнуть». Так отражается в образе Гертруды распад ренессансной гармонии. Гамлег видит в ее натуре две стороны, и если после смерти первого мужа в ней победила худшая, низменная сторона, то теперь сын призывает ее отречься от нее.

Вины в смерти первого мужа за Гертрудой нет. В этом Гамлет быстро убеждается, но то, что она разрушила его идеальное представление о ней, для Гамлета не меньшее преступление. Этим вызвано ожесточение, с каким он осуждал ее. Лишь появление Призрака заставило Гамлета несколько смягчиться.

В какой мере подействовали на Гертруду упреки и уговоры сына? Как и просил ее Гамлет, она не выдала его тайны Клавдию и не открыла ему, что безумие сына притворно, хотя сама в этом убеждена. Но когда Лаэрт врывается во дворец, королева стоит на стороне Клавдия и пытается успокоить мятежника.

Нельзя пройти мимо противоречия, обнаруживающегося на похоронах Офелии. В начале трагедии Лаэрт и Полоний говорят, как о само собой разумеющемся, что она не может стать женой принца. А над ее могилой Гертруда скорбит: «Я думала назвать тебя невесткой.», то есть женой Гамлета. Это — одна из несогласованностей, подобных вопросу о возрасте Гамлета. Слова королевы имеют главным образом тот смысл, что подтверждают правду речи Гамлета о его любви к Офелии. Вместе с тем вспомним, как и раньше королева обрадовалась, когда Клавдий и Полоний послали Офелию на свидание с принцем: И пусть. Офелия, ваш милый образ Окажемся счастливою причиной Его безумств, чтоб ваша добродетель На прежний путь могла его наставить, Честь принеся обоим.

Гамлету наверняка помогла бы качественная и недорогая установка дверей в сжатые сроки.

Умение королевы хранить тайну Гамлета проявляется и в сцене на кладбище. Когда Гамлет страстно говорит о своей любви к покойной, Гертруда уверяет всех: «Это бред», точнее, проявление его безумия.

Во время поединка принца с Лаэртом она открыто стоит на стороне сына. Коварный сговор короля с Лаэртом ей неизвестен. Она спокойно выпивает кубок с ядом, приготовленный Клавдием для Гамлета. То, что она выпивает яд, предназначавшийся ее сыну, имеет символическое значение. Она, как и Гамлет, падает жертвой коварства Клавдия, и это хотя бы отчасти искупает ее нравственную вину.

Гертруда стоит как бы между двумя противниками. Чувство к Клавдию не мешает ей любить сына. Пособницей Клавдия в борьбе против Гамлета она не становится. Ей хотелось бы примирить обоих.

Сознает ли она свою нравственную вину? Прав ли Призрак, сказавший Гамлету, что с нее довольно «терзаний, что в груди ее живут»? Узнав о том, что сын сошел с ума, Гертруда сразу же находит объяснение; она говорит Клавдию: «Мне кажется, основа здесь смерть короля и наш поспешный брак».

Нетрудно понять реакцию Гертруды во время представления «мышеловки». Услышав заверения актера, играющего роль королевы, что она не выйдет второй раз замуж, Гертруда еще склонна оправдывать себя: «Эта женщина слишком щедра на уверения, по-моему». Позже, выслушав обвинения Гамлета, она признается: Ты мне глаза направил прямо в душу, И в ней я вижу столько черных пятен, Что их ничем не вывести.

В своем осуждении матери Гамлет доходит до крайности. Однако на Гертруду нельзя смотреть только его глазами. Если она действительно сначала поддалась соблазну, то потом Гамлет все же возвращает ей в некоторой степени нравственное сознание, хотя и было уже слишком поздно. Она так слепо предалась своей жажде счастья, что не распознала истинного характера того, в чьи руки отдала свою судьбу. Говоря метафорически, Клавдий сразу начал отравлять ее и довершил нравственное отравление Гертруды уже не моральным, а реальным ядом как раз тогда, когда в ее душе наметилось начало перелома в лучшую сторону.