Почему публика отдаёт предпочтение комедии

Мы бы, наверное, отдали предпочтение трагедиям и поставили бы первыми именно их, как наиболее значительные в художественном отношении. Но в те времена, как свидетельствуют современники, широкая публика отдавала предпочтение комедиям. Поэтому издатели пьес Шекспира для завлечения читателей первыми поместили комедии. Хроники попали в середину, как промежуточный жанр между комедиями и трагедиями. Такое расположение материала представляется продуманным и осмысленным. Трагедии завершали том не потому, что они были хуже, а потому, что в целом группировка произведений в фолио 1623 года идет по линии возрастающей серьезности. Читателю предоставляется сначала самое приятное и легкое, потом — более значительные по содержанию пьесы и, наконец, самые сложные и глубокие.

В определении жанров пьес у составителей было несколько трудных случаев. В целом они исходили из принципа: счастливый конец, — значит, комедия, несчастный конец, — значит, трагедия. По этому признаку легче всего было сгруппировать трагедии. Что же касается комедий, то они очень разные. Том открывается «Бурей», пьесой, которая не так уж комична; правда, она начинается кораблекрушением, а заканчивается всеобщим миром, но в ходе действия больше серьезного, чем смешного. Но Хеминг и Кондел решили в это не входить. Раздела трагикомедий они не ввели, а он помог бы им провести грань между комедиями разного типа. Поэтому в группу комедий включены все пьесы с благополучным концом, хотя впоследствии стали различать разные типы пьес и теперь эти комедии делятся по меньшей мере на три группы: комедии, проблемные пьесы, романтические драмы или трагикомедии.

Хроники объединили по признаку сюжета. Все, что относится к истории Англии, —пьесы-хроники. Но некоторые из них с таким же успехом могли попасть в раздел трагедий. Хеминг и Кондел спечатывали тексты с прижизненных изданий (в тех случаях, когда таковые существовали). Но они пренебрегли тем, что на титульном листе двух хроник жанр их был определен иначе. «Трагедия короля Ричарда II»—* так называлась пьеса в изданиях 1597, 1598, 1599, 1608, 1615 годов. Редакторы сохранили лишь намек на это в фолио 1623 года. Там пьеса называется «Жизнь и смерть Ричарда II». «Смерть» и есть указание на трагическую судьбу короля.

«Трагедия короля Ричарда III» — так названа пьеса в пяти изданиях при жизни Шекспира (1597, 1598, 1602, 1605, 1612) и в одном после его смерти — в 1622 году. Хемпнг и Кондел сохранили в своем издании обозначение «Ричарда III» как трагедии, хотя пьеса находится в разделе хроник.

Третья часть «Генри VI» первоначально появилась как «Подлинная трагедия Ричарда, герцога Йоркского» (1597).

Хроники нетрагические публиковались первоначально с названиями «Подлинная история», или «История из хроник», или «Жизнь короля…». Это различие сохранено и в фолио, где трагические истории либо прямо названы так, либо обозначены как «история жизни и смерти».

Но у Шекспира не только эти королевские пьесы основаны на хрониках. «Цимбелин», «Король Лир» и «Макбет», строго говоря, тоже «подлинные истории из хроник». Почему же они не попали в раздел хроник? Повидимому, здесь было проведено такое разграничение: все, что относится к сравнительно недавней истории, притом к истории Англии, а не древней Британии и тем более не Шотландии,—входит в хроники, а остальное — в раздел трагедий.

«Король Лир» и «Макбет» действительно трагедии. Но «Цимбелин» заканчивается благополучно для героев и неблагополучно для злодеев. С точки зрения не только старых классических понятий, но и более гибких современных принципов пьесу никак нельзя считать трагедией. Ее можно отнести скорее к трагикомедиям. Видимо, Хеминг и Кондел колебались, что им делать с «Цимбелином». В комедии они его не вставили, не включили и в хроники. Решили они вопрос довольно категорично и, чтобы никто не сомневался, назвали пьесу так: «Трагедия Цимбелина».

Хотя во многих случаях у Шекспира очень четко определен основной тон действия и его конечный исход, псе же в целом его произведения с точки зрения теории жанров представляют собой пьесы смешанного типа. Посторонняя примесь в трагедиях может быть очень невелика, как, например, в «Макбете», где есть лишь одна комическая сцена, либо велика, как в «Короле Лире»; пли, если взять комедии, серьезные мотивы могут быть незначительны, как в «Сне в летнюю ночь», либо доходить почти до трагизма, как в «Венецианском купце»,— словом, всюду имеется переход за границы жанра. Точно так же обстоит дело с историческими пьесами, как уже об этом говорилось.

Это положение сформулировал теоретически критик XVIII века Сэмюэл Джонсон: «Пьесы Шекспира, с точки зрения строгой критики, не трагедии и не комедии, а произведения особого рода; они изображают реальное положение вещей в подлунном мире, где есть и добро и зло, радость и горе, перемешанные в бесконечном разнообразии пропорций и бесчисленных видах сочетаний; они отражают течение жизни, где то, что один теряет, другой приобретает, где в одно и то же время гуляка спешит на попойку, а ктото в слезах хоронит друга; где козни одного терпят крах от проказ другого и где много зла и много добра творится и предотвращается совершенно непреднамеренно». И далее: «Шекспир соединял способность возбуждать смех не только в одном уме, но и в одном произведении. Почти в каждой его пьесе есть серьезные и комические персонажи, и сменяющие друг друга события возбуждают то серьезные мысли и печаль, то веселье и смех»г. Лучше не скажешь.